Смеяться разрешается

Интересные факты и случаи из жизни Джорджа Бернарда Шоу

Джордж Бернард Шоу прослыл среди современников если и не мудрецом, то человеком потрясающе острого ума и языка, похожего на лезвие бритвы. В этой статье собраны интересные факты и случаи из жизни саркастичного писателя.

Шоу Джордж Бернард ирландский драматург, философ и прозаик, выдающийся критик своего времени и самый прославленный — после Шекспира — драматург, писавший на английском языке. Единственный человек, удостоенный одновременно и Нобелевской премии по литературе (1925, «За творчество, отмеченное идеализмом и гуманизмом, за искрометную сатиру, которая часто сочетается с исключительной поэтической красотой») и премии «Оскара» (1938, за сценарий фильма «Пигмалион»). Писатель отказался от денежной части Нобелевской премии по литературе (однако принял медаль лауреата).

О музыкальных вкусах

Как-то раз Шоу был приглашен в один богатый дом. Не успел он войти в гостиную, как дочь хозяина дома села за рояль и принялась играть какую-то салонную пьеску.

— Вы, кажется, любите музыку? — спросил его хозяин дома.

— Конечно, — ответил Шоу, — но пусть это не мешает вашей дочери музицировать.

О боксе

Мало кому известно, что выдающийся английский драматург Бернард Шоу увлекался боксом и даже выступал на состязаниях. Об этом подробно рассказал журналист и писатель Бенни Грин в книге «Чемпионы Шоу», изданной в 1979 году в Лондоне. Шоу выступал в среднем весе. Именно занятия боксом дали начинающему тогда писателю богатый материал для написания романа о боксерах «Профессия Кэшеля Байрона», тепло встреченного такими писателями как Роберт Стивенсон и Уильям Моррис. Учитель Шоу — Нед Доннели, первым преподавший писателю уроки бокса, — выведен в романе под именем Неда Скена.

О деньгах

— Сколько вы хотели бы зарабатывать, чтобы считать себя счастливым? — спросили однажды у Бернарда Шоу.

— Ровно столько, сколько я зарабатываю, по мнению моих соседей, — ответил он.

За рулём автомобиля

Драматург часто любил сам вести машину, забирая руль у личного шофера. Однажды, когда он вел машину по очень неровной и извилистой дороге со многими поворотами, у него неожиданно возникла тема для новой пьесы.

— Что вы думаете о моей идее? — спросил возбужденный Шоу шофера, который сидел рядом, и с юношеским азартом стал развивать перед ним сюжетные хитросплетения задуманного им произведения.

Неожиданно шофер вырвал у восторженного Шоу руль.

— Что вы делаете? — воскликнул от неожиданности писатель.

— Извините, сэр, — ответил шофер, — но у вас получается такое прекрасное произведение, что я не хочу позволить вам помереть раньше, чем вы его напишете.

В театре

Один писатель пригласил Бернарда Шоу на премьеру своей новой комедии. Когда они прибыли в театр, контролер согласился пропустить только автора пьесы, а Бернарда Шоу ни за что не пропускал.

Писатели попали в зал только после вмешательства администратора. Шоу смотрел пьесу с большим вниманием, но ничем не проявлял своего отношения к ней. Когда, наконец, занавес опустился, он вышел из зала, разыскал контролера, который не хотел его пропустить, вручил ему фунт стерлингов и сказал:

— Прошу прощения! Я убедился: относительно меня у вас были наилучшие намерения.

Книга на необитаемый остров

На вопрос о том, какие 5 книг вы бы взяли с собой на необитаемый остров, драматург ответил, что взял бы 5 книг с чистыми страницами. Эту концепцию в 1974 году воплотило американское издательство Harmony Books, выпустив книгу под названием «Книга Ничто», которая состояла исключительно из 192 пустых страниц. Она нашла своего покупателя, и впоследствии издательство не раз переиздавало эту книгу.

Умные мысли

— Скажите, как вам удается каждую минуту придумывать остроумные и мудрые фразы? — спросили Бернарда Шоу.

— Это чрезвычайно просто, — ответил он.

— Когда мне в голову приходит какая-нибудь глупая мысль, я тотчас говорю совершенно противоположное.

О живописи

Драматург отозвался довольно критически о живописи в присутствии одного художника.

— Почему вы разрешаете себе быть таким непримиримым? — вознегодовал художник. — Ведь вы же, сэр, не написали в жизни ни одной картины!

— Что верно, то верно, — спокойно согласился с ним писатель.

— Однако я могу же высказать свое мнение об омлете,  хотя не снес в своей жизни ни одного яйца.

О голодной Англии

Шоу встретился с очень толстым джентльменом. Взглянув на худого Шоу, толстяк сказал:

— У вас такой вид, что можно подумать, будто Англия голодает.

— А посмотрев на вас, — ответил Шоу, — можно подумать, что вы являетесь причиною этого голода.

О вегетарианстве

Писатель был вегетарианцем и дожил до 94 лет. В 70 лет на вопрос «как вы себя чувствуете?» он ответил: «Прекрасно, только мне докучают врачи, утверждая, что я умру, если не буду есть мясо». В 90 лет на тот же вопрос он отвечал: «Прекрасно, больше меня никто не беспокоит: те врачи, которые меня пугали, что я не смогу прожить без мяса, уже умерли».

О продажных женщинах

Бернард Шоу не упускал случая поглумиться над английской аристократией. Как-то раз он опубликовал эссе, в котором утверждал, что дамы высшего общества отличаются от продажных женщин разве что ценой, которую мужчинам нужно платить за обладание ими.

Когда эта дерзость дошла до королевы, она решила публично поставить наглеца на место. Шоу был приглашен на прием в королевский дворец, где между ним и ее величеством произошел следующий разговор:

— Это правда, что вы считаете, что все без исключения женщины продаются? – спросила драматурга королева.

— Правда, — ответил Шоу.

— Сколько же тогда, по — вашему, должна стоить королева Англии?

— Ну, фунта два или три, — невозмутимо ответил Шоу.

— Так мало? — гневно воскликнула королева.

— Ну вот, Ваше Величество, Вы уже и торгуетесь! — с довольной улыбкой воскликнул Шоу.

О женских советах

— Почему Бог сначала создал мужчину, а потом женщину? – спросила одна дама Бернарда Шоу.

— Потому что он не хотел, чтобы во время сотворения мужчины женщина помогала ему своими советами, — ответил драматург.

О наследственности

Однажды на одном из светских раутов к Бернарду Шоу подсела красивая и глупая почитательница и мечтательно произнесла:

— Вы представляете, какие прелестные у нас могли бы получиться дети! Ведь в них соединился бы ваш ум и моя красота.

Шоу, бывший от природы весьма некрасивым, задумчиво возразил:

— А что если они унаследуют ваш ум и мою красоту?

Об ошибках

Попробовав на одном из званых обедов невкусный салат, Бернард Шоу заметил:

— Писатели прячут свои ошибки в письменном столе, врачи – под землей, а хозяйки – под майонезом.

Чувство юмора, которым был щедро наделен Бернард Шоу, до сих пор заставляет нас вчитываться в его строки, и, улыбаясь, смеясь, все же задумываться над глубиной его высказываний:

— Нравственность нации сравнима с зубной болью: чем она хуже, тем больнее ее касаться.

— Люди стремятся к семейной жизни потому, что в браке совмещается максимум искушения с максимумом возможностей.

— Сначала вы жертвуете собой ради тех, кого любите, а потом их же за эту жертву ненавидите.

— Самопожертвование — это самоубийство.

— Постарайтесь получить то, что хотите, или же вы будете вынуждены захотеть то, что получили.

— Трусость универсальна. Патриотизм, общественное мнение, родительский долг, дисциплина, религия, мораль — все это лишь красивые слова для обозначения страха а жестокость, обжорство и легковерие оказывают трусости моральную поддержку.

— Люди только тогда сообщают нам интересные сведения, когда мы им противоречим.

— Каждый шаг вперед в развитии мысли и нравов считается аморальным, пока он не получил признания большинства. Поэтому исключительно важно ревностно защищать аморальность от нападок тех, кто имеет только одно мерило – обычай.

— Дайте женщинам право голоса, и через пять лет холостяки будут облагаться кабальным налогом.

— Демократия не может стать выше уровня того человеческого материала, из которого составлены ее избиратели. Если вы начинаете с самопожертвования ради тех, кого любите, то закончите ненавистью к тем, кому принесли себя в жертву.

— Возражения против прогресса всегда сводились к обвинениям в аморальности.

— Красота через три дня надоедает не меньше, чем добродетель.

— Здоровая нация так же не замечает своей национальности, как здоровый человек — позвоночника.

— Ничто на свете так не оскорбительно, как безукоризненная вежливость с теми, с кем прежде был на короткой ноге.

— Человека, который всю жизнь любит одну женщину, следует отправить к врачу, а может, и на виселицу.

— Точка зрения, будто верующий более счастлив, чем атеист, столь же абсурдна, как распространенное убеждение, будто пьяный счастливее трезвого.

— Репутация — это маска, которую человеку приходится носить точно так же, как брюки или пиджак.

— И тот, кто убивает короля, и тот, кто отдает за него жизнь, — в равной степени идолопоклонники.

— Только дурак может праздновать годы приближения смерти.

— Наказанием лжеца оказывается не то, что ему никто больше не верит, а то, что он сам никому больше не может верить.

— Почему так устроен мир, что у людей, которые умеют жить в свое удовольствие, никогда нет денег, а те, у кого деньги водятся, понятия не имеют, что значит «прожигать жизнь»?

— Воспитание мужчины или женщины проверяется тем, как они ведут себя во время ссоры.

— Самый непростительный грех по отношению к ближнему своему — это не ненависть, а равнодушие. Равнодушие — сущность бесчеловечности.

— В жизни есть две трагедии. Одна – не добиться исполнения своего самого сокровенного желания. Вторая – добиться.

— Берегись того, кто не ответил на твой удар.

— Молодости, которая ничего себе не прощает, прощается все, а старости, которая все себе прощает, ничего не прощается.

-Тот, кто умеет, тот делает, кто не умеет — тот учит.

— Если мой сосед бьет свою жену ежедневно, а я — никогда, то в свете статистики мы оба бьем свою жену через день.

— Женщины как-то сразу угадывают, с кем мы готовы им изменить. Иногда даже до того, как это придет нам в голову.

— Нет такой женщины, которой удалось бы сказать «до свидания» меньше, чем в тридцати словах.

— Ни один человек не может быть узким специалистом без того, чтобы не быть идиотом в широком смысле слова. Узкий специалист узнает все больше о все меньшем и так до тех пор, пока не будет знать все ни о чем и ничего обо всем.

— Когда человек хочет убить тигра, он называет это спортом когда тигр хочет убить его самого, человек называет это кровожадностью. Разница между преступлением и правосудием ничуть не больше.

— Убийство — это крайняя форма цензуры.

— Свобода — это ответственность. Вот почему все ее так боятся.

— Не делай другим то, что ты хотел бы, чтобы они делали для тебя. У вас могут быть разные вкусы.

— Если народ ударился в религию, значит, он готов терпеть еще.

— Единственный урок, который можно извлечь из истории, состоит в том, что люди не извлекают из истории никаких уроков.

— Потребность женщины — выйти замуж возможно скорее, потребность мужчины — не жениться, пока хватает сил.

— Люди сообщают нам интересные сведения, когда мы им противоречим.

Книги о Бернарде Шоу в фонде библиотеки

  1. Гражданская. З.Т.  Бернард Шоу: Очерк жизни и творчества [Текст] / З. Т. Гражданская.- М,. «Просвещение», 1965. – 212 с.
  2. Гражданская, Зоя Тихоновна  Бернард Шоу: Очерк жизни и творчества [Текст] / Зоя Тихоновна Гражданская; учеб. пос. для студентов пед. институтов.- 2-е изд., перераб.- М. : Просвещение, 1979.- 175 с. :  ил.
  3. Пирсон, Хескет  Бернард  Шоу [Текст] / Хескет Пирсон; пер. с англ. В. Харитонов, М. Марецкая.- М. : Искусство, 1971.- 448 с. : ил. – (Жизнь в искусстве).
  4. Пирсон Х.  Бернард Шоу  [Текст]: пер с англ. и послесл. Д. Шестакова.- М., «Искусство», 1972.- 450 с. : ил.
  5. Хьюз, Э. Бернард Шоу [Текст]: пер с англ. / Э. Хьюз; пер. с англ. Б. Носик .- М.: Молодая гвардия, 1966 .- 287 с., [10] л. ил .- (Жизнь замечательных людей: ЖЗЛ: сер. биогр.: осн. в 1933 г. М. Горьким; вып.9(424).

Литературные анекдоты об А.С. Пушкине

Анекдоты — как колоски, которые остаются на поле истории, когда урожай уже собран. Но есть на этом поле совершенно особые колоски — именно те забавные случаи из жизни Пушкина, которые остались в памяти современников и впоследствии облеклись в четкую форму литературного анекдота. Так что не будет ошибкой сказать, что наследие, которое мы получили от Александра Сергеевича, не только его произведения, но и сама жизнь, прожитая поэтом; она тоже стала творчеством. Пушкинский дар состоял в том, чтобы находить нужные слова не на одной лишь бумаге, но и «в миру» — лицом к лицу с собеседниками, с честью и юмором выходить из самых разных, часто затруднительных житейских ситуаций.

Анекдотичные истории о Пушкине не заменяют чтения, например, «Евгения Онегина». И все-таки некоторые меткие высказывания, и забавные случаи из жизни Александра Сергеевича открывают его нам с новой стороны, делают образ поэта еще более близким и жизненным.

Рябчик

Забавный случай произошел, когда Пушкин был еще совсем ребенком. Однажды в дом будущего гения заехал известный российский писатель Иван Дмитриев. Заметив необычную внешность мальчика, мужчина решил, что может подшутить над малышом: «Какой милый арабчик!». Но десятилетний внук Ганнибала не растерялся и вмиг выдал ответ: «Да зато не рябчик!» Присутствующие взрослые были удивлены и жутко смущены, потому что лицо писателя Дмитриева было безобразно рябое!

Рак и рыба

Однажды один знакомый Пушкина офицер Кондыба спросил поэта, может ли он придумать рифму к словам рак и рыба. Пушкин ответил: «Дурак Кондыба!» Офицер сконфузился и предложил составить рифму к сочетанию рыба и рак. Пушкин и тут не растерялся: «Кондыба – дурак».

Детина на диване

В бытность свою еще камер-юнкером Пушкин явился как-то перед высокопоставленным лицом, которое валялось на диване и зевало от скуки. При появлении молодого поэта высокопоставленное лицо даже не подумало сменить позу. Пушкин передал хозяину дома все, что было нужно, и хотел удалиться, но получил приказание произнести экспромт.

Пушкин выдавил сквозь зубы: «Дети на полу – умный на диване». Особа была разочарована экспромтом: «Ну, что же тут остроумного – дети на полу, умный на диване? Понять не могу… Ждал от тебя большего». Пушкин молчал, а высокопоставленное лицо, повторяя фразу и перемещая слоги, пришло, наконец, к такому результату: «Детина полуумный на диване». После того, как до хозяина дошел смысл экспромта, Пушкин немедленно и с негодованием был выставлен за дверь.

Трико

А этот забавный случай, произошедший с Пушкиным еще во время его пребывания в Царскосельском лицее, показывает, насколько остроумен и находчив был молодой поэт. Однажды он задумал удрать из лицея в Петербург погулять. Отправился к гувернеру Трико, а тот не пускает, да еще и пугает, что будет следить за Александром. Но охота пуще неволи – и Пушкин вместе с Кюхельбекером удирает в Питер. За ними последовал и Трико.

К заставе первым подъехал Александр. У него спросили фамилию, и он ответил: «Александр Однако!» Заставный записал фамилию и пропустил его. Следующим подъехал Кюхельбекер. На вопрос, как его фамилия, сообщил: «Григорий Двако!» Заставный записал фамилию и с сомнением покачал головой. Подъезжает, наконец, и гувернер. Ему вопрос: «Ваша фамилия?» Отвечает: «Трико!» «Врешь,– кричит заставный,– здесь что-то недоброе! Один за другим– Одна-ко, Два-ко, Три-ко! Шалишь, брат, ступай в караулку!» Трико просидел целые сутки под арестом при заставе, а Пушкин с другом спокойно нагулялся в городе.

Стакан воды

Живя в Екатеринославе, Пушкин был приглашен на один бал. В этот вечер он был в особенном ударе. Молнии острот слетали с его уст; дамы и девицы наперерыв старались завладеть его вниманием. Два гвардейских офицера, два недавних кумира екатеринославских дам, не зная Пушкина и считая его каким-то, вероятно, учителишкой, порешили, во что бы то ни стало, «переконфузить» его. Подходят они к Пушкину и, расшаркиваясь самым бесподобным образом, обращаются:
— Mille pardon… He имея чести вас знать, но видя в вас образованного человека, позволяем себе обратиться к вам за маленьким разъяснением. Не будете ли вы столь любезны сказать нам, как правильнее выразиться: «Эй, человек, подай стакан воды!» или «Эй, человек, принеси стакан воды!». Пушкин живо понял желание пошутить над ним и, нисколько не смутившись, отвечал серьезно:  — Мне кажется, вы можете выразиться прямо: «Эй, человек, гони нас на водопой».

Голова осла

В одном литературном кружке, где собиралось более врагов и менее друзей Пушкина, куда он и сам иногда заглядывал, одним из членов этого кружка был сочинен пасквиль на поэта, в стихах, под заглавием «Послание к поэту». Пушкина ждали в назначенный вечер, и он, по обыкновению опоздав, приехал. Все присутствовавшие были, конечно, в возбужденном состоянии, а в особенности автор «Послания», не подозревавший, что Александр Сергеевич о его проделке уже предупрежден. Литературная часть вечера началась чтением именно этого «Послания», и автор его, став посредине комнаты, громко провозгласил:

— «Послание к поэту»! — Затем, обращаясь в сторону, где сидел Пушкин, начал:

— Дарю поэта я ослиной головою…

Пушкин быстро перебивает его, обращаясь более в сторону слушателей:

— А сам останется с какою?

Автор смутился:

— А я останусь со своею.

Пушкин:

— Да вы сейчас дарили ею.

Последовало общее замешательство. Сраженный автор замолк.

Клюквенная дуэль

Известно, что Александр Сергеевич очень любил своего лицейского товарища Кюхельбекера, но часто устраивал ему розыгрыши. Кюхельбекер часто навещал поэта Жуковского, донимая его своими стихами. Однажды Жуковский был зван на какой-то товарищеский ужин и не пришел. Потом его спросили, почему он не был, поэт ответил: «Я еще накануне расстроил себе желудок, к тому же пришел Кюхельбекер, и я остался дома…» Пушкин, услышав это, написал эпиграмму:

За ужином объелся я, Да Яков запер дверь оплошно –

Так было мне, мои друзья,

И кюхельбекерно, и тошно…

Кюхельбекер был взбешен и потребовал дуэли! Дуэль состоялась. Оба выстрелили. Но пистолеты были заряжены… клюквой, и, конечно же, поединок завершился миром…

Три греха

Эта история также связана с именем П.В. Нащокина.  Однажды он, представив Пушкину начинающего поэта Н.И. Куликова, сказал:
— Рассуди нас, Александр Сергеевич, я к тебе с жалобой на сего юношу: во-первых,  он вчера в первый раз сбрил усы, во-вторых, влюбился в Елену Яковлевну Сосницкую, а в-третьих, сочинил хорошие стихи и не соглашается прочесть тебе.  Ответ Пушкина был таков:

— Усы — его собственность; любовь к Елене — грех общий: я сам в молодости, когда она была именно прекрасной Еленой, попался было в сеть, но взялся за ум и отделался стихами, а юноше скажу: берегись; но что касается до стихов, то уж в сем грехопадении он обязан покаяться передо мной!

Постоянный доход

Однажды Пушкин пригласил несколько своих знакомых в ресторан Доминика и устроил им славное угощение. Вошел граф Завадский и, увидев обильное застолье, сказал поэту:

— Однако, Александр Сергеевич, и туго же у вас, наверное, набит бумажник!

— Да ведь я богаче вас, — ответил Пушкин. — Вам приходится иной раз проживаться и
ждать денег из ваших деревень, а у меня постоянный доход — с тридцати шести букв
русской азбуки.

Польза карточной игры

Император Николай Павлович всегда советовал Пушкину бросить карточную игру.
— Она тебя портит! — говорил царь.

— Напротив, Ваше Величество, — отвечал поэт, — карты спасают меня от хандры.

— Но что же тогда после этого твоя поэзия?

— А поэзия служит мне средством уплаты карточных долгов…

О заслугах императорских

Кто-то при Пушкине стал расхваливать достоинства императора Николая Павловича.
— Хорош -то хорош, — обронил Пушкин, — да на тридцать лет вперед дураков наготовил.

Галантность

На одном вечере Пушкина спросили про некую даму, с которой он долго  даму, с которой он долго разговаривал, умна ли она.

— Не знаю, — совершенно серьезно ответил Александр Сергеевич, — я с ней говорил только по-французски.

Два мнения

О поэте-гусаре Денисе Давыдове Пушкин говорил так: «Военные уверены, что он
прекрасный писатель, а писатели про него думают, что он отличный генерал».

В Нидерланды — дворником

Однажды царь, беседуя с Пушкиным, сказал:

— Мне бы хотелось, чтобы король нидерландский отдал мне домик Петра Великого в
Саардаме.
— В таком случае я попрошусь у Вашего Величества туда в дворники, — тут же сказал
Пушкин, намекая на свои долгие и тщетные просьбы о поездке за границу.

Не последняя глупость

Некий знакомый Пушкина, не видевшийся с ним долгое время, при встрече сказал:
— Как, мой дорогой, мне передавали, будто вы женитесь?
— Совершенно верно, — ответил А.С., — и не думайте, что это будет последней глупостью, которую я сделаю в своей жизни.

Этот странный народ

После Июльской революции 1830 года Пушкин говаривал о французах так: «Странный народ! Сегодня у них революция, а завтра все столоначальники уже на местах, и административная машина на полном ходу…»

Вино с выдержкой

Как вам нравится это вино? — спросил Пушкина некий князь, угощавший общество
ужином.
— Вино, кажется, довольно порядочное, — ответил Пушкин более из вежливости.
— А поверите ли, шесть месяцев назад его и в рот нельзя было взять, — продолжал князь, желая, видимо, получить еще больше похвалы.

— Охотно поверю, — отрезал Александр Сергеевич.

У каждого свой крест

На одном обеде цензору В.Н. Семенову, который был однокашником Пушкина по лицею, пришлось сидеть между литераторами Гречем и Булгариным, с которыми у Пушкина были натянутые отношения, потому что они постоянно обрушивались с
нападками на его творчество. Увидев друга в таком соседстве, Александр Сергеевич сказал громко:

— Ты, Семенов, сегодня точно Христос на Голгофе. (Как известно из Библии, крест
Христа стоял между крестами, на которых были распяты два разбойника).

Как надо получать деньги

Пушкин написал издателю журнала письмо с просьбой выслать гонорар, который полагался за напечатанные там стихотворения. В ответном письме издатель спросил: «Когда вы желаете получить деньги, в понедельник или во вторник, и все ли двести рублей вам прислать разом, или пока сто?». Ответ Пушкина обратной почтой был следующий: «Понедельник лучше вторника тем, что ближе, а двести рублей лучше ста тем, что больше».

Кто где состоит

Однажды Пушкин встретился с человеком, на котором был мундир Царскосельского лицея.
— Вы, верно, только что выпущены из лицея? — спросил он.
— О да, — ответил тот, польщенный. — И уже прикомандирован к гвардейскому полку.
А позвольте спросить, где вы теперь служите, по какому ведомству состоите?
— Я числюсь по России, — ответил Пушкин.

Подготовила Светлана Олексюк по статье «Три греха по классику»  М. Никитина, кандидата филологических наук, и по публикациям в сети Интернет.